Разделы

Особенности циклического развития.

Развитие кризисных явлений в странах "второго и третьего эшелонов" промышленного развития в особенно острых формах обнаруживается в финансовой сфере. Вместе с тем, такие финансовые кризисы, как свидетельствует опыт последних десятилетий, неизменно развертываются при резком снижении темпов роста промышленного производства (или прямого падения абсолютных масштабов производства). В основе таких кризисов лежат прежде всего внутренние конфликты того типа индустриализации, который получил распространение в странах Юго-восточной Азии.

В развитии экономических циклов особую роль всегда играли "ведущие" отрасли. В разные исторические периоды (XIX - XX вв.) в роли локомотивов циклического подъема выступали хлопчатобумажная и металлургическая отрасли, железнодорожное строительство и машиностроение. При этом последующий спад оказывался наиболее глубоким тогда, когда во времени совпадали два процесса: спад как фаза экономического цикла в целом и истощение ресурсов экстенсивного развития соответствующих "циклообразующих" отраслей (переход к нисходящей стадии в цикле жизни отрасли).

В новых индустриальных странах роль ведущих отраслей циклического подъема играли прежде всего экспортные отрасли, в особенности, электроника и автомобильная промышленность. В движении этих отраслей отчетливо прослеживались черты "догоняющего цикла жизни продукта" (catching-up product cycle). Сочетание ряда благоприятных факторов вплоть до середины 90-х годов обеспечивало особую продолжительность и интенсивность промышленного подъема в рассматриваемых странах. В последнее время, однако, на первый план стали выдвигаться внутренние конфликты, присущие рассматриваемым формам индустриализации.

В рассчитанных Э.Янгом, а также Дж.Кимом и Л.Лау уравнениях регрессии, описывающих процессы экономического роста в новых индустриальных странах, высокие темпы роста производства определялись, главным образом, рекордной долей накопления в совокупном продукте и численностью работников, переходящих от низкопроизводительного сельскохозяйственного труда к работе в современной промышленности. Ясно, однако, что рост обеих переменных имеет четкие экономические ограничения.

По мере увеличения производства все отчетливей ощущались границы возможного роста нормы накопления и экстенсивного использования сравнительно дешевой слабообученной рабочей силы. Так, длительный процесс роста нормы накопления (измеряемой отношением совокупной суммы капиталовложений к валовому внутреннему продукту), наблюдавшийся с начала 50-х годов практически во всех странах - "тиграх" Юго-Восточной Азии, к середине 80-х годов стал постепенно выдыхаться. В 90-е годы в этих странах отчетливо обнаружилась тенденция к снижению показателей рентабельности.

К тому же во второй половине 90-х годов на индустриализации в новых индустриальных странах все сильней сказывались серьезные затруднения.

По ряду ведущих экспортных товаров наметился переход к фазе замедленного роста в "догоняющем цикле жизни". Во второй половине 90-х годов в этих странах обозначилась тенденция к сокращению темпов роста (или даже объема продаж) не только электроники, автомобилей, но и продукции обувной и легкой промышленности региона.

Исчерпание возможностей данного типа экстенсивного промышленного развития стало проявляться в резком снижении темпов роста производительности труда и эффективности капиталовложений. В последнее время наблюдалась отчетливо выраженная зависимость между динамикой инвестиций и строительством, тогда как отсутствовала столь же четкая зависимость между динамикой инвестиций и промышленным производством. Кризис, развернувшийся в новых индустриальных странах Азии, свидетельствует о необходимости серьезной структурной перестройки и перехода к преимущественно интенсивным формам экономического роста.

К числу специфических факторов, способствовавших существенному ослаблению конкурентоспособности "азиатских тигров" на мировых рынках, можно отнести также особую конфигурацию валютных связей и динамику курсов ведущих валют. Дело в том, что в сложившейся системе валютного регулирования денежные единицы "тигров" по существу оказались привязанными к доллару США (тогда как в их экономических связях гораздо большую роль играла Япония). Привязка национальных валют к корзине, в которой доллар составлял около 4/5, на протяжении длительного периода, создавала условия для привлечения иностранного капитала (отсутствие курсового риска, более высокие процентные ставки и др.).

Подобная система особенно успешно функционировала в ситуации, когда курс доллара США к японской йене снижался. Однако после 1995 года с удорожанием доллара США стали быстро повышаться и курсы национальных валют "азиатских тигров". В результате, согласно некоторым расчетам, филиппинское песо оказалось переоцененным на 20%, таиландский бат - на 10%, малайзийский рингит и индонезийская рупия - на 7%. С 1995 года стали все сильней падать темпы роста валовой выручки стран-"тигров" (соответствующие суммы исчислялись в долларах США). При четко обозначившемся к этому времени отрицательном сальдо по текущим операциям указанные изменения провоцировали все новые спекулятивные атаки и игру на понижение курса валют новых индустриальных стран Юго-Восточной Азии.

 


Финансовый дайджест : www.finlecture.ru. Copyright © 2019.